В древние времена территория нынешнего Карабаха входила в состав Албанского государства, существовавшего в границах нынешней Азербайджанской Республики и южной части Дагестана в конце IV в. до н.э. - начале VIII в. н.э.

Колонизация и григорианизация зоны Карабаха стали происходить уже после падения Албанского государства в начале VIII в., когда захватившие Южный Кавказ арабы дали согласие на подчинение автокефальной албанской церкви армянской церкви. Именно с того периода началась григорианизация албанского населения Карабаха.

Арменизация же албан Карабаха – это процесс, который произошел намного позже – в начале XII в. [1]. Следовательно, можно предположить, что определённая часть армяноязычного населения Карабаха (кроме тех, которые были переселены сюда из Ирана и Турции в XIX в.) – это обармянившиеся потомки древних албан.

В результате упадка Арабского халифата в середине IX в. представитель албанского рода Григорий Хамам восстанавливает упраздненное халифатом Албанское царство, которое включало также земли нагорной части Карабаха [2]. В конце XII в. на этой территории создается Хачинское княжество. В период правления Хасана Джалала (1215-1261) княжество переживало время ренессанса. В армянских, грузинских и персидских источниках Хасан Джалал именовался «царем Албании», «могущественным владетелем пограничных областей Албании» [3].

После окончания монгольского господства Карабах находился в составе азербайджанских государств Гарагоюнлу (1410-1468) и Аггоюнлу (1468-1501). Во время властвования правителя Гарагоюнлу Джахан шаха род Хасана Джалала получил титул «мелика» (владельца «мюлька»).

Впоследствии эти земли вошли в состав азербайджанского государства Сефевидов (1501-1736). При Сефевидах территория Карабаха входила в состав Гянджа-Карабахского беглярбекства (наместничества). В это время владения рода Хасан-Джалалов были поделены на пять княжеств – меликств (Гюлистан, Чилеберд, Хачин, Варанда, Дизак), население которых было христианским.

Современные армянские историки, фальсифицируя исторические факты, выдают эти пять меликств за «наследие армянской государственности», хотя в действительности эти мелики не были самостоятельными, а подчинялись гянджа-карабахским беглярбекам. Здесь уместно отметить, что, согласно статистическим данным, абсолютное большинство населения этого беглярбекства, в т.ч. непосредственно территории Карабаха, было мусульманским (азербайджанским).

Так, проведенный в 1725-1727 гг. подсчет населения показал, что в Гянджа-Карабахской провинции из 19 395 налогоплательщиков 11 818 были мусульманами (из них 11 068 – азербайджанские тюрки) и лишь 7577 - немусульманами (включая армян) [4].

Положивший конец существованию государства Сефевидов Надир шах Афшар (1736-1747) с целью ослабления гянджа-карабахских беглярбеков вывел меликов из их подчинения. Мелики, воспользовавшись этим, начали сепаратистскую деятельность, с которой пришлось бороться основателю Карабахского ханства – Панахали хану.

Российское владычество в Закавказье – начало массового переселения
Некоторые мелики ради укрепления своих позиций возлагали надежды на усиливающую свои позиции в регионе Российскую империю и пытались содействовать захвату Карабахского ханства. В 1805 г. Ибрагимхалил хан Карабахский подписывает с Российской империей Кюрекчайский договор, в тексте которого нет никакого упоминания ни о меликах, ни об армянах. По договору, Карабахское ханство, как азербайджанская земля, принимало протекторат Российской империи [5].

В 1822 г. ханство было ликвидировано, а на его месте создана Карабахская провинция. После этого события власти Российской империи решили провести в области подсчет численности населения для определения количества налогов и упорядочения налогообложения.

В результате осуществленной в 1823 г. переписи выяснилось, что, как и прежде, исконные жители Карабаха, азербайджанцы, продолжают составлять большинство населения, при том, что за время русско-персидских войн 1804-1813 и 1826-1828 гг. тысячи азербайджанцев покинули места своего проживания и бежали по ту сторону реки Араз.

Так, исследование зафиксировало, что численность азербайджанцев в Карабахской провинции равна 91%, а армян – 8,4%. [6]

Как известно, после подписания между Россией и Персией Туркманчайского договора (1828 г.) началось переселение в Азербайджан армян, проживавших в Персии. Хотя основными регионами заселения армян были земли бывших Иреванского и Нахчыванского ханств, территория Карабаха тоже стала регионом, подвергшимся массовому переселению армян.
В мае 1828 г. в Карабах прибыли первые 147 семей армян из Персии [7]. По данным же на середину июня 1828 г., общее количество размещенных армянских переселенцев достигало 7458 семей, из которых 3900 были поселены в бывшем Иреванском ханстве, 2363 – в бывшем Нахчыванском ханстве, 535 – в Карабахской провинции [8].

После переселения армян в Карабах здесь стали возникать новые армянские селения, такие как Марагалы (по названию города Марага, откуда переселились армяне), Джанятаг и др. Интересный факт: в 1978 г. в бывшем Мардакертском районе Нагорно-Карабахской Автономной области Азербайджанской ССР (позже - Агдеринский район Азербайджанской Республики) был воздвигнут памятник в честь 150-летия переселения армян в Карабах, на котором на армянском языке было высечено «Марага-150». Однако в 1988 г. на волне армянского сепаратизма в Нагорном Карабахе эта надпись была уничтожена.
Переселение армян в Карабах повлияло на рост их численности в регионе. Это можно увидеть по данным камерального описания, проведенного в 1832 г. в городе Шуша и 741 селении Карабахской провинции. Всего по провинции было зарегистрировано 20 546 семей (включающих 54 841 душу мужского пола), а в городе Шуша – 1698 семей (включающих 5079 душ мужского пола). Подсчёт по этническому признаку выявил следующую картину [9]:

Как видно из результатов камерального описания 1832 г., азербайджанцы составляли большинство населения как в целом в провинции (68 %), так и в городе Шуша (55%). И это несмотря на активное заселение армянами Карабахского региона.

При этом, как указывают исследователи, именно в результате переселенческой политики в начале 30-х гг. XIX в. численность азербайджанцев снизилась до 64,8%, а армян поднялась до 34,8%. [10] Если в 30-х гг. XIX в. азербайджанцы еще составляли в Шуше более половины населения [11], то в середине века их удельный вес снижается до 48,6% [12].

После создания в 1868 г. Елизаветпольской губернии регион Карабаха был включен в ее состав. Город Шуша, уезды Джебраильский, Джеванширский, Зангезурский и Шушинский составляли территорию исторического Карабаха. На данной территории в 1886 г. была проведена очередная перепись населения. Статистические данные выявили следующую картину соотношения азербайджанского и армянского населения [13]:
В 1897 г. была проведена Всероссийская перепись населения. Ее результаты по Карабаху выглядели следующим образом [14]:
Как видно из приведенных таблиц, к концу XIX в. численность армян в некоторых местностях Карабаха (в г. Шуша, Шушинском и Зангезурском уездах) возросла, что дает «основание» армянским историкам говорить о преобладании армянского этнического элемента в Карабахе. Однако при этом умалчивается то обстоятельство, что армяне так и не достигли абсолютного большинства в составе населения всего Карабаха. Также не учитывается, что увеличение численности армян произошло в результате переселенческой политики российского правительства и естественного прироста, и оно не может являться основанием для утверждений о постоянном и беспрерывном преобладании армян в Карабахе.

Более того, вольные интерпретации географических и статистических данных приводят к тому, что армянские авторы рассматривают нагорную часть Карабаха отдельно от всего Карабахского региона и, манипулируя цифрами, пытаются доказать преобладание армян над азербайджанцами.

Однако исторические факты неопровержимо свидетельствуют, что ни в древности, ни в средние века, ни в новое время не существовало «Нагорного Карабаха».

Карабах всегда рассматривался как единое географическое, административное, политическое понятие и всегда находился в составе Азербайджана.

Если обратиться к статистическим данным Кавказского календаря на 1 января 1916 г. [15] – последний год перед распадом Российской империи, - то можно увидеть, что этнический состав населения Карабаха не претерпел качественных изменений.
Как видно, азербайджанцы продолжали сохранять численное превосходство среди населения региона. Наблюдался также процесс восстановления их числа среди населения г.Шуша и Шушинского уезда – процесс, который начался с конца XIX в.

Несмотря на то, что мусульманское (азербайджанское) население Карабаха сильно пострадало от резни 1905-1906 гг., учиненной армянскими дашнаками, добиться полного изгнания азербайджанского населения из Карабаха и резкого уменьшения его численности армянам не удалось.

В государственном архиве Азербайджанской Республики содержится доклад начальника Информационного отделения при Министерстве иностранных дел АДР Александра Щепотьева, составленный в конце 1919 года, под названием «О спорных Кавказских территориях, на которые имеют право самоопределившиеся азербайджанские тюрки».

А.Щепотьев отмечает, что к статистическим данным об армянском населении Карабаха, приведенных в Кавказском календаре на 1 января 1916 года, следует относиться со скептицизмом, т.к. «в число карабахских армян приписывалось множество армянских ремесленников и рабочих, в одном Баку до 30 000, разбросанных до Ростова, которые не составляют в действительности оседлое население Карабаха».
По его данным, реальная численность армян в Карабахе после распада Российской империи составляла 170 тыс.,
а мусульман (азербайджанцев)415 тыс. человек.
Армянское население Карабаха составляло бесспорное меньшинство и притом меньшинство, сосредоточенное в узкой, прерывающейся полосе предгорного района, не представляющее сплошной массы, окруженное со всех сторон сплошным тюркским (азербайджанским) населением [16].

Как отмечалось в документах Департамента полиции Министерства внутренних дел Российской империи, во время событий 1905 г. дашнаки отчасти достигли своей цели - размежевания на территории Южного Кавказа армян от мусульман (азербайджанцев) и освобождения земель для занятия их армянскими переселенцами из Османской империи и Ирана. По данным источника, «в Елизаветпольской, Эриванской губерниях и Карсской области армяне добились этого благодаря бегству оттуда мусульманских (азербайджанских) семей» [17].

Первые кровавые столкновения произошли в феврале 1905 г. в Баку, а затем конфликт перекинулся на другие регионы Южного Кавказа, где проживало армянское и азербайджанское население. Одним из таких регионов стал Карабах, входивший с 1868 г. в состав Елизаветпольской губернии.

Резня азербайджанцев в Карабахе в 1905-1906 гг. – начало агрессии
Первый в истории Карабаха армяно-азербайджанский межнациональный конфликт вспыхнул в августе 1905 г. в Шушинском уезде Елизаветпольской губернии. То, что столкновения начались именно здесь, было не случайным. Древний азербайджанский город Шуша, бывшая столица Карабахского ханства, в результате проводимого российскими властями переселения превратился в регион массового проживания армян. В начале ХХ в. Шуша стала одной из главных мишеней армянского национал-экстремизма. Как писал в 1903 г. губернатор Елизаветпольской губернии, именно в Шуше «пропаганда армянских революционеров свила себе настолько прочное гнездо, что борьба с преступной деятельностью их приобретает значение всё более и более серьёзной задачи правительства» [18].

В жандармских донесениях за 1904 г. Шуша и вовсе называлась не иначе, как «место пребывания главного центрального комитета армян» [19].

С 16-го по 20 августа 1905 г. армяне убили в Шуше до 300 азербайджанцев. Все архивные документы свидетельствуют, что потерпевшей стороной в Шуше являлись азербайджанцы. [20]

26 августа 1905 г. елизаветпольский вице-губернатор В.Н.Барановский отправил донесение наместнику, в котором изложил свои оценки шушинской резни и общей ситуации в губернии. По его словам, причиной межнационального кровопролития стала вековая вражда азербайджанцев и армян, но до массовых беспорядков дело не доходило, пока армяне не объединились в комитеты, не стали проявлять большую уверенность в своих силах и не внушили массе, что она может оказать сопротивление азербайджанцам.

«Армяне в этом отношении за последние годы сделали большие успехи и, не будучи в состоянии ограничиться ими, стали проявлять слишком большую кичливость и, руководимые горячими головами, зашли слишком далеко». По мнению чиновника, единственным средством борьбы с междоусобицами в крае должно быть беспощадное преследование деятелей армянских комитетов, от которых хотят избавиться обе нации. Если это не сделает правительство, то само армянское население обратится к самосуду, считая существование этих комитетов вредным для себя [21].
Впервые именно в Шуше армяне стали нападать и убивать азербайджанцев с целью сокращения их численности и дальнейшего вытеснения из родных мест. Только этим можно объяснить беспрерывные атаки на азербайджанскую часть города, закрытие жизненно важных дорог и блокаду азербайджанских населённых пунктов. Избегая частых нападений на азербайджанские сёла, армяне прибегли к тактике блокады азербайджанского населения г.Шуша.

Дашнакские отряды заняли дорогу между Агдамом и Шушой у Аскерана. Это была одна из длительных блокад Шуши, начавшаяся в августе 1905 г. и продолжавшаяся в 1906 г. Полное прекращение сообщения с городом угрожало населению голодом и полным уничтожением.

Блокада армянами тракта от Аскеранской крепости и всех просёлочных путей от Агдама до г.Шуша привела к тому, что не только жители города, но и мусульмане (азербайджанцы) Шушинского, Джебраильского, Зангезурского уездов были лишены возможности получать продовольствие и товары первой необходимости [22].

Одним из тех регионов Елизаветпольской губернии, где дашнаки намеревались за счёт террора против мусульман (азербайджанцев) образовать «сплошную территорию для армянского народа», являлся Зангезурский уезд. Во второй половине 1905 года в Зангезуре армяне локально нападали на азербайджанцев, осуществляли грабежи, обстреливали дороги. Они разорили несколько сел, а жителей убили, ранили или взяли в плен [23]. 26 и 27 сентября 1905 г. до 2 тыс. армян напали на 10 азербайджанских сел Зангезурского уезда и полностью их сожгли. Часть жителей, спасаясь, укрылась в лесах [24].

Летом 1906 г. Зангезурская резня достигла невероятных масштабов. По данным архивных источников, со 2-го по 24 августа 1906 г. армяне истребили значительное число мирного мусульманского (азербайджанского) населения Зангезурского уезда, полностью уничтожив селения Шабадин, Охчу, Аткиз, Пирдавдан, Кархана, Катар, Халадж, Инджевар, Чуллу, Зурул, Фараджан, Емазли, Гуман, Кёллу, Саналу, Метназар, Калабойни, Мегрулу, Моллану, Танзавар, Агванлу, Хаштан, Фридунбек Кишлаги [25].

Подтверждением зверств, учинённых армянами в Зангезуре, служат воспоминания русского офицера В.Вадина, опубликованные в 1907 г.

Написанные после посещения Карабаха, они пронизаны симпатией к армянам и презрительным отношением к азербайджанцам. Тем не менее в этих воспоминаниях есть весьма любопытный эпизод, который автор приводит без скрываемого восторга от дашнаков – «спасителей армянской нации», как он их называет. Проводником В.Вадина был дашнак Сако, признававшийся офицеру, что он сжёг в Зангезуре 12 сёл, убивая и истязая азербайджанское население. Армянский головорез следующим образом выражал ненависть к убитым азербайджанцам, которых называл «нелюдями»: «Разбой считается героизмом, кровавая месть – долгом, наука и школа – пустым, ничего не говорящим звуком» [26].

Таким образом, зангезурская резня заняла одно из трагических мест в истории армяно-азербайджанского конфликта 1905-1906 гг. Несмотря на отсутствие точных статистических данных о количестве жертв этой резни и довольно скудный фактический материал для её описания, имеющиеся в распоряжении источники создают довольно чёткое представление о масштабах армянского террора, учинённого против азербайджанского населения Зангезурского уезда в 1906 г.

В конце 1905 - начале 1906 гг. кровопролитные бои шли в Джеванширском уезде. Данный регион имел для дашнаков особое значение, ибо после шушинской резни августа 1905 г. центр их боевой организации был перенесён оттуда в армянские сёла нагорной части Джеванширского уезда. Сюда направлялись оружие, боеприпасы, здесь сосредотачивались вооружённые армянские рабочие из Баку, которые прибывали большими партиями через Елизаветполь, минуя прямой путь в Джеванширский уезд через Евлах.

Руководителем дашнакских отрядов, свирепствовавших в Джеванширском уезде, был Амазасп Сервастян. По словам уездного начальника, капитана Н.М.Флегинского, в разных армянских селениях уезда и в целом по Карабаху имелись пешие и конные отряды хорошо вооружённых и обученных солдат, «которые по первому зову своего предводителя, известного Амазаспа, могут явиться в определённые пункты. Конные банды совершают разъезды, выставляя пикеты в сторону татарских (азербайджанских) селений» [27]. Начало масштабным столкновениям было положено нападением отряда под предводительством А.Сервастяна на село Дамирляр и преданием его огню. Азербайджанцы ответили ударом по армянским сёлам Чайлы, Верхний Чайлы, Нижний Сейсулан [28].

Одним из последствий событий в Карабахе стал захват армянами земель, вынужденно покинутых азербайджанцами. В этом и состояла одна из целей дашнаков во время межнационального конфликта 1905-1906 гг. – размежевание и заселение азербайджанских территорий для дальнейшего расширения ареала проживания армян. В частности, в октябре 1906 г. около 30 армянских семей селения Гарар Зангезурского уезда самовольно переселились на земли мусульман (азербайджанцев) в селение Умутлу Джеванширского уезда и, расположившись здесь, приступили к обработке земли и другим хозяйственным работам. Другая часть армян из селения Гарар, около 100 домов, также двинулась в селение Умутлу для заселения [29].

Новый виток кровопролития в Шушинском уезде начался в первые месяцы 1906 г. Наиболее полную картину бедственного положения азербайджанского населения, оставшегося в фактической блокаде, рисует телеграмма шушинца А.Везирова, адресованная в редакции газет «Каспий» и «Хаят».

«Положение шушинских мусульман (азербайджанцев) ужасное; все пути сообщения вот уже полтора месяца закрыты армянскими бандами. Подвоз жизненных припасов прекратился, мука, сахар и другие продукты первой необходимости выписываются лишь по почте. Форменный голод. Есть одиночные смертные случаи… Банды армянские бесчинствуют по всему уезду. Банда в селении Малыбеклу подожгла несколько домов, она же напала на штаб-квартиру в Ханкенди и на глазах у казаков перерезала проживающих там мусульманских (азербайджанских) детей и женщин; подожгла усадьбу Наджафкули ага и доктора Мехмандарова. Город изолирован от всего мусульманского (азербайджанского) центра. Все жалобы, телеграммы генерал-губернатору, наместнику пока не дали благоприятного для мусульман (азербайджанцев) результата. В городе армяне ведут себя вызывающе, часто открывают безо всякого повода огонь по татарской (азербайджанской) части» [30].

В своих воспоминаниях очевидец шушинской резни, уроженец Карабаха О.Апресян признавал, что армяне, решившие уничтожить азербайджанцев в Ханкенди, ночью напали на азербайджанцев. Свои впечатления от творимых ужасов армянин О.Апресян не смог скрыть по прошествии почти 20 лет с той ночи, когда его соотечественники устроили резню в Ханкенди.
«Наши, – рассказывал О.Апресян, – начали стучаться в дома тюрков (азербайджанцев), но не получили никакого ответа. Тогда они взломали двери, и в домах началась резня, длившаяся до убийства последнего тюрка (азербайджанца). На протяжении всей этой страшной ночи я в ужасе и страхе спрятался в угол и закрыл уши, чтобы не слышать диких криков наших и воплей несчастных жертв. С рассветом мы увидели, что дело завершилось» [31]

О. Апресян
уроженец
Карабаха
Воспоминания О.Апресяна, которого невозможно заподозрить в симпатиях к азербайджанцам, являются очень ценным признанием очевидца-армянина о действиях дашнакских банд в Карабахе.
Армяно-азербайджанская война 1918-1920 гг. привела к очередному изгнанию азербайджанцев из Карабаха, в основном из нагорной части. По данным министра внутренних дел АДР, в Карабахе и Зангезуре 265 сел были разрушены, более 10 000 азербайджанцев были убиты и ранены, десятки тысяч азербайджанцев покинули свои дома и стали беженцами. Армянам удалось за два этапа насильственного изгнания азербайджанцев добиться создания пространства, где они стали составлять подавляющее большинство.

Русский исследователь А.Скибицкий отмечает, что территория, вошедшая в состав НКАО, охватывала не весь Нагорный Карабах, а состояла лишь из его предгорной части, отделявшей Верхний Карабах от степных пространств низменного нижнего Карабаха. [32] Таким образом, до образования искусственной армянской автономии в Нагорном Карабахе данная территория являлась неотъемлемой частью Карабаха как единого географического пространства. Как показывают результаты вышеприведенных переписей, на этом пространстве азербайджанцы по численности всегда превосходили армян.

Безусловно, что при таком раскладе для армянских националистов слишком проблематичным было установление контроля над всей территорией Карабаха, поэтому они и придумали искусственное понятие «Нагорный Карабах», которое было политизировано ими после образования независимых государств на Южном Кавказе в 1918 году для обоснования своих территориальных притязаний к Азербайджану.

Население Карабаха в период СССР – причины демографических изменений
Передача западного Зангезура Армении летом 1921 года и создание искусственной армянской автономии в Нагорном Карабахе в 1923 году нарушили исторические границы Карабаха, привели к его административному расчленению на новые уезды, а позже и районы по советскому образцу.

Это, в свою очередь, создало условия для новых конфликтов, которые происходили на почве пользования пастбищами и водами внутри Азербайджанской ССР между автономией и прилегающими к ней азербайджанскими районами, а также между пограничными азербайджанскими районами Карабаха с Арменией.

Армянские историки любят манипулировать цифрами об изменениях численности армянского населения НКАО с момента ее образования и до начала карабахского конфликта в 1988 году. При этом делается попытка обосновать тезис о том, что созданная в 1923 году армянская автономия якобы не охватила все территории проживания армян в Нагорном Карабахе. Как считают армянские историки, в границы НКАО якобы не вошли территории с армянским населением Лачинского, Шаумяновского, Кяльбаджарского, Дашкесанского, Ханларского, Гядабейского, Шамкирского районов Азербайджанской ССР.

Попытка искусственно расширить границы Нагорного Карабаха имела целью оправдать принадлежность армянам семи оккупированных районов вокруг бывшей НКАО и в будущем предъявить претензии на новые.

Однако имелись объективные причины, которые сильно влияли на изменение соотношения армянского и азербайджанского населения автономной области в советский период. По признанию самих же армян, в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов из НКАО было мобилизовано и отправлено на фронт 45 тысяч человек. 3% призванных составляли азербайджанцы [33], что, если исходить из итогов последней довоенной переписи 1939 года, приблизительно было равно 1400 человек. Это составляло 10% от численности азербайджанцев в составе населения автономной области. То есть, численность призванных азербайджанцев соответствовала их доле в составе населения НКАО.

Этого принципа советские власти придерживались и при мобилизации граждан других национальностей в союзных, автономных республиках и областях. Общие потери среди жителей НКАО в годы войны составили 22 тысячи человек. Волею судьбы большинство вернувшихся с войны были вынуждены покинуть свои родные края, на этот раз в поисках работы [34]. Таким образом, война наложила серьезный отпечаток на соотношение численности армянского и азербайджанского населения области.

В то же время сокращение в послевоенный период численности армянского населения в НКАО и увеличение численности азербайджанцев рассматриваются армянскими историками исключительно с позиций целенаправленной политики азербайджанского руководства, которое якобы не обращало внимания на социально-экономические проблемы региона, что приводило к миграции армян. Однако изменения в этническом составе региона были обусловлены объективными процессами, происходившими в социально-экономической жизни Азербайджанской ССР в 1950-70-х годах.

Предоставление колхозникам в 1959 году паспортов ускорило процесс миграции сельского населения, в том числе армянского населения НКАО, в города Азербайджанской ССР и в целом Союза. Люди уезжали на учебу в различные вузы (первый и единственный вуз в области – Педагогический институт - был открыт в 1969 году как филиал Азербайджанского педагогического института, а в 1973 году был преобразован в самостоятельный институт), в составе комсомольских бригад они принимали активное участие в грандиозном строительстве, которое развернулось по всей стране после войны.

Некоторые не возвращались, обосновавшись на новом месте, обзаведясь семьей и устроившись после нескольких лет учебы на работу по специальности. И это было естественно, поскольку все они были гражданами единого государства, где между союзными, автономными республиками и областями не существовало границ. Необходимо учитывать, что стремительный рост населения области после войны и особенности структуры её экономики не позволяли обеспечить работой все трудовые ресурсы НКАО. Экономика области была тесно кооперирована с экономикой различных регионов Азербайджана, и накануне начала конфликта в 1988 году более 40 процентов потребностей НКАО удовлетворялись за счет ввоза [35].

В послевоенный период, в конце 1940-х - в первой половине 1950-х годов, в Азербайджане были созданы новые промышленные центры: Мингячевир (по переписи 1959 года здесь проживало 4235 армян), Сумгайыт (по переписи 1959 года здесь проживал 7031 армянин), Дашкесан (по переписи 1959 года здесь проживало 16 626 армян), куда переезжали в том числе и армяне из НКАО, работавшие здесь на промышленных предприятиях, в сфере услуг.

Традиционной оставалась миграция армянского населения НКАО в самый крупный промышленный центр республики - город Баку. В период с 1926-го по 1979 год численность армянского населения города, включая окрестности, увеличилась с 77 тысяч до 216 тысяч человек. И это несмотря на потери в годы Второй мировой войны.
Примечание:

  • В 1725-1727 гг. подсчет велся среди налогоплательщиков и отражал пропорции этнического состава населения края,
  • Камеральные описания в Российской империи в 1832 г. были посемейными. Данные цифры демонстрируют реальное соотношение азербайджанцев и армян в регионе,
  • Данные за XIX в. охватывают территорию бывшего Карабахского ханства, которая вошла в состав Российской империи и делилась на 4 уезда. Данные в период СССР (с 1926 г.) охватывают территорию НКАО, т.е. лишь нагорную часть Карабаха, где в данный исторический период армяне составляли большинство. Т.о. путем целенаправленного заселения данной территории армянами из Османской империи и Персии были созданы основания для выделения ее в автономную область в составе Азербайджана.
По данным переписи 1970 года, численность населения в НКАО характеризуется восстановлением довоенного уровня и его дальнейшим ростом. Одновременно происходит рост численности азербайджанцев, что следует связывать не только с высокой рождаемостью среди них по сравнению с армянами, но и с социально-экономическим развитием НКАО, привлекавшим сюда сельское азербайджанское население соседних регионов.

Так, за период 1970-1979 годов население НКАО возросло на 12 тысяч человек. И в этом приросте доля армян составила лишь 2 тысячи, а азербайджанцев - 10 тысяч человек. В отношении причин и характера миграции армян НКАО можно сказать, что они в основном были обусловлены процессами урбанизации. Подобное изменение направления миграции армян НКАО можно связать также с новыми процессами национального развития в Азербайджане, которые стали разворачиваться, начиная со второй половины 1950-х годов.

Одновременно с активным участием азербайджанцев в процессе урбанизации происходит значительное расширение сферы функционирования азербайджанского языка, который постепенно вытесняет русский.

Как показывают итоги переписей, проведенных в 1970 и 1979 годах, увеличение удельного веса азербайджанцев в городах республики, особенно в Баку, приводило к серьезному сокращению численности некоренных народов, в том числе армян.

Те, кто не пожелал или не имел возможности уехать из республики, должны были решать для себя проблему адаптации к резко возросшей значимости азербайджанского фактора в жизни республики. Для армянского населения Азербайджана в целом и НКАО в частности указанные процессы национального развития обусловили развитие двух тенденций.

С одной стороны, стала расти напряженность в их отношениях с азербайджанцами, которая большей частью подогревалась из Еревана (Иревана), с другой - изменилось направление миграции армян из НКАО. Однако последний процесс носил добровольный характер и не инспирировался каким-либо целенаправленным давлением со стороны руководства республики или азербайджанского населения. Миграция армян именно в Армению стимулировалась, прежде всего, языковым фактором.

Русскоязычные армяне в основной своей массе мигрировали в различные регионы России и иные русскоязычные регионы европейской части СССР. Понятно, что подобная миграция негативно отражалась на рождаемости и естественном приросте армянского населения.

Одновременно с указанными процессами происходило увеличение численности азербайджанского населения в НКАО не только в результате естественного, но и механического прироста. В основном азербайджанцы переезжали из соседних с автономной областью районов республики.

Если в период 1970-1979 гг. численность азербайджанцев в целом по Азербайджану увеличилась на 25%, то по НКАО эти показатели составили 37%. Миграция азербайджанцев в НКАО была обусловлена главным образом социально-экономическими факторами, а именно - крупными капиталовложениями в экономику области.

Приведем лишь некоторые показатели, доказывающие данный факт, которые были озвучены в ходе «круглого стола», организованного в марте 1988 года в Институте управления народным хозяйством при Совете министров республики с участием работников экономического отдела ЦК КП Азербайджана, министерств пищевой, деревообрабатывающей и лесной, легкой промышленности, министерства бытового обслуживания населения, отдела строительства и городского хозяйства, Госплана, «Азерэнержи», Института экономики АН, Института географии АН.

Во встрече принимал участие академик Тигран Хачатуров, специально приглашенный из Москвы. На развитие области за 1971-1985 гг. было направлено 483 млн рублей капиталовложений, или в 2,8 раза больше, чем за предыдущее пятнадцатилетие.

По производству промышленной продукции на душу населения — свыше 1,4 тыс. рублей — НКАО занимала ведущее место среди экономических районов Азербайджанской ССР (без промышленности Баку). За последние три пятилетки в области вступили в строй 15 новых промышленных предприятий и производственных мощностей. НКАО являлась вторым после Шеки центром шелководческой промышленности в Азербайджанской ССР. На ее долю приходилось 2/3 продукции легкой индустрии области и около 25 процентов шелковой промышленности республики.

Во многом благодаря развитию этой отрасли здесь формировался рабочий класс, были созданы объекты социальной инфраструктуры, сложились весьма устойчивые хозяйственные связи и т.д. НКАО была одним из важных сельскохозяйственных регионов нашей республики.

К концу 1980-х годов на долю области приходилось 3,2 процента производимой в республике сельскохозяйственной продукции. Только за последние три пятилетки здесь было построено около 1300 км высоковольтных линий электропередачи. НКАО являлась единственным регионом в республике, имевшим трехстороннее электроснабжение, гарантирующее его более высокую надежность.

За 1961-1987 гг. в области за счет всех источников было возведено 1400,3 тыс. кв. метров жилья. В том числе за два года двенадцатой пятилетки—123,9 тыс. кв. метров, что в 1,6 раза было больше, чем за соответствующий период одиннадцатой пятилетки. В результате более 12 тысяч человек улучшили свои жилищные условия.
Ходжалы в советский период
Ходжалы в советский период
г.Лачын в советский период
г.Лачын в советский период
г.Лачын в советский период
г.Шуша в советский период
г.Шуша в советский период
г.Шуша в советский период
Уровень обеспеченности одного жителя, как в городе, так и в сельской местности, достиг 14,6 кв. метров. Это были довольно высокие показатели, если учесть, что по республике они составляли соответственно 12,2 и 9,2 кв. метров, по Баку - 11,7, а в среднем по стране - 14,9 кв. метров. В НКАО душевое потребление услуг было выше, чем в среднем по республике. На 10 тыс. жителей области приходилось больше больничных коек, предприятий торговли, общественного питания и службы быта, библиотек, клубных учреждений, киноустановок. В целом, природно-географическое и экономическое единство Карабаха, естественность его взаимосвязей с другими регионами Азербайджана подчеркивались дислокацией жизненно важных коммуникаций - железнодорожной линии Агдам-Степанакерт (Ханкенди), автомобильных дорог, газопровода, линий электроснабжения, что весьма благоприятно влияло на эффективное функционирование народного хозяйства автономной области [36].

В то же время в кадровой политике и в вопросе национального представительства во властных структурах автономии армяне по-прежнему по численности значительно превосходили азербайджанцев.

Так, составы Советов формировались руководством области, а оно, как правило (за исключением г.Шуша), на 90-98% состояло из армян. В составе обкома партии из 165 членов всего 24 были азербайджанцами, а из 456 секретарей первичных партийных организаций НКАО (без г.Шуша) лишь 30. Аппарат обкома партии в Степанакерте (Ханкенди) практически на 100% оставался армянским. Не соответствовало представительство азербайджанского меньшинства к процентному соотношению населения в профсоюзах, комсомоле, а также в органах милиции и народном контроле [37].

В заключение следует отметить, что азербайджанцы исторически проживали на территории Карабаха. Часть народов народов, населявших Кавказскую Албанию, в течение нескольких столетий григоринизировалась и именовалась армянами.

Подчинение Албанской церкви армянской привело к армянизации местных карабахских албан. Непосредственно сами армяне в массовом количестве появились в регионе в начале 19 века, после прихода Российской империи и ее переселенческой политики. Понятие «Нагорный Карабах» появилось в период прихода большевиков и стало результатом конъюнктурной национальной политики. Превалирование армян в количественном отношении в пределах НКАО, нахождение армян на всех руководящих должностях в автономии демонстрирует, что в их отношении со стороны Азербайджана не проводилась политика дискриминации и притеснения.

Демографические изменения, происходившие в НКАО, не были результатом какой-то планомерной политики азербайджанского руководства по вытеснению армян, а являлись результатом объективных процессов социально-экономического развития области.

Рекомендуем к прочтению:
[1] Буниятов З.М. Азербайджан в VII-IX вв. Баку, 1965, с. 91-102.
[2] Мамедова Ф. Кавказская Албания и албаны. Баку, 2005, с. 396.
[3] Мамедова Ф. Кавказская Албания и албаны. Баку, 2005, с.412.
[4] Пространная тетрадь Гянджа-Карабахской провинции. Предисловие, перевод, примечания и комментарии Х.Мамедова (Гараманлы). Баку, 2000, с. 12 (на азерб. языке)
[5] Акты Кавказской Археографической комиссии. Т.2. Тифлис, 1868, с.704-705
[6] Алиярлы С. Республика Азербайджан: заметки о государственных границах в прошлом и настоящем. / Карабах: история в контексте конфликта. Санкт-Петербург, 2014, с. 32.
[7] Тавакалян Н.А. Переселение армян из Персии и Турции в Закавказье после присоединения Восточной Армении к России / Историко-филологический журнал, 1978, № 3, с. 32
[8] Там же.
[9] «Обозрение Российских владений За Кавказом», Часть III, Санкт-Петербург, 1836, с. 267, с. 308
[10] Исмаилов М. Карабах в XIX - начале ХХ в. / Карабах: история в контексте конфликта. Санкт-Петербург, 2014, с. 234.
[11] Исмаилзаде Д.И. Население городов Закавказского края в XIX - начале ХХ в. Москва, 1991, с. 69
[12] Там же, с. 84
[13] Свод статистических данных о населении Закавказского края, извлеченных из посемейных списков 1886 г. Тифлис, 1893, с. 275-276
[14] Первая Всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. LXIII. Елисаветпольская губерния, 1904, с. 3
[15] Кавказский календарь на 1917 г. Тифлис 1916, с. 190-196, 216-221
[16] Государственный архив Азербайджанской Республики (ГААР), фонд 28, опись 1, дело 42, листы 20-35.
[17] ГА РФ: ф. 102, оп. 253, д. 285, л. 6.
[18] Центральный государственный исторический архив Грузии (далее - ЦГИАГ): ф. 13, оп. 27, д. 93, л. 6 об.
[19] Государственный архив Российской Федерации: ф. 102 ОО 1906 г., оп. 235, д. 40, л. 28.
[20] АПД УДПАР: ф. 276, оп. 8, д. 571, л. 8; Российский государственный исторический архив (далее - РГИА): ф. 1405, оп. 110, д. 3461, л. 64 об.
[21] АПД УДПАР: ф. 276, оп. 8, д. 571, лл. 28-29.
[22] ЦГИАГ: ф. 83, оп. 1, д. 380, л. 137 об.
[23] ЦГИАГ: ф. 83, оп. 1, д. 54, л. 47-47 об.; «Каспий», 14 мая 1906 г., № 103, с. 4.
[24] ЦГИАГ: ф. 83, оп. 1, д. 54, л. 115.
[25] АПД УДПАР: ф. 276, оп. 8, д. 111, л. 44; «Каспий», 12 сентября 1906 г., № 195, с. 3.
[26] Вадин В. Кавказские наброски. Из воспоминаний русского офицера об армяно-татарских столкновениях. Санкт-Петербург, 1907, с. 17, 27.
[27] Государственный исторический архив Азербайджанской Республики (ГИА АР): ф. 62, оп. 1, д. 41, л. 98.
[28] Правдивое слово об елисаветпольском армяно-мусульманском кровавом столкновении. // «Кавказ», № 16, 20 января 1906 г., с. 4.
[29] «Каспий», 12 октября 1906 г., № 217, с. 3.
[30] ГИА АР: ф. 484, оп. 1, д. 47, лл. 1-2.
[31] Quliyev V. Azərbaycanda erməni zülmü. Bakı, 2001, s. 34.
[32] Скибицкий А. Карабахский кризис. Газета «Союз», 1991, № 7.
[33] Мирзоян Б.С. Нагорный Карабах (Размышление над статистикой) // Вестник общественных наук Армении. 1988, № 7, с. 44.
[34] Там же.
[35] Конфликт в Нагорном Карабахе. Сборник статей. Баку, 1990, с.89
[36] Конфликт в Нагорном Карабахе. Сборник статей, с.79-97
[37] Агаев Р. Карабахский кризис: эффект кадровой политики. Газ. Бакинский рабочий, 1990, 29 марта.